Притяжение
8
Первое, что бросается в глаза после высоченных домов - машины. Их просто тьма! Они повсюду. Гул моторов заполоняет улицы, сливаясь с шумом падающих капель дождя. Дождь - это некстати, я ведь промокну до нитки. А на улице середина ноября. В первом же попавшемся лотке покупаю себе за одну фишку полиэтиленовый синий дождевик. Осталось 146 фишек.
Иду мимо домов по тротуару. Асфальт ровный и почти без выбоин. Вдоль тротуара стоят припаркованные автомобили. Каждый из них на вид, как у Рафа примерно, но поновее и поприличнее. В нашем районе владение автомобилем - это небывалая роскошь. А здесь это обычное дело. Ожидаемо.
Дохожу до Т-образного перекрёстка и оказываюсь на широкой улице. Машины ездят по нескольким полосам в каждую сторону! Вот это уже что-то совсем для меня невиданное. Останавливаюсь у ограды и окидываю взглядом весь открывшийся передо мной вид, слева направо. Замечаю, что все дома будто бы подкопчённые, и все с одной и той же стороны. Смотрю на компас: с юго-востока. Я как раз оттуда пришёл. Некоторые дома полуразрушенные, у одного оторван целый кусок. Другие, в целом опрятные и даже, я бы сказал, красивые, только залатаны местами, где кирпичём, где бетоном. В правой стороне посреди улицы рекламный щит, и с него смотрит суровый лысый мужик с заострёнными усами, в чёрном пиджаке. Смотрит внимательно и по-отечески. Это Президент. Его лицо даже в нашем захолустье знают.
Рекламные щиты - тоже фишка этих мест. В наших краях их все давно поспиливали на стройматериалы, только железные пеньки на улицах остались. А здесь - красуются всем на радость!
Захожу в подземный переход, чтобы пересечь широкую автомобильную реку. Сам пока не знаю, куда иду, но на переход хочется посмотреть. У нас такие тоже есть кое-где, но все заняты под притоны. А тут прям иди, гуляй свободно. И мусора почти нет. В переходе попадается пара нищебродов, сидящих и лежащих на полу у стены, а на самой стене - снова портреты Президента, несколько в ряд. Стены исписаны рисунками и надписями вперемешку с матерной руганью и номерами телефонов шлюх. В глаза бросается “ТОТИС-ВРОТИС” белой краской поверх разноцветного граффити. Навстречу идёт одинокий мужчина с грустным видом, в кожаной куртке. Больше в переходе не встречаю никого, выхожу наверх, и продолжаю путь.
Ноги в кедах мёрзнут несмотря на толстые носки. Мимо по луже на огромной скорости проезжает ярко-жёлтое авто, и мне еле удаётся увернуться от брызг. Смотрю ему вслед. Что-то очень крутое! С тачкой Рубэна посоревнуется точно. Таких тут, видать, немало.
Встречаю по пути ларёк и покупаю сигареты. Нормальные сигареты! Беру самые дешёвые, за 2 фишки, хотя есть и за 3, и даже за 4. У нас курево за 2 фишки - это супер-шик. А тут это самый голимый дешман. Но после того говнища, которое я курил в метро, эти - просто божественный эфир! Настроение поднимается. Просыпается аппетит.
Смотрю на часы. 12:35. Так, мне нужно до конца дня отнести эту долбаную папку по адресу, найти ночлег, ну и поискать места, где меня могли бы взять на работу. Начать, пожалуй, лучше с папки - поищу адрес и заодно поизучаю местность. Идя по улицам и приставая к прохожим, потихоньку продвигаюсь к цели. Идти, судя по всему, нужно несколько кварталов, но по местным меркам это не так далеко, ведь озираться по сторонам на каждом шагу в поисках опасностей мне тут совершенно не приходится - все улицы освещены, то и дело попадается на глаза полиция, и она, видимо, “держит” весь район. До меня даже разок докапывается их патруль, но я показываю паспорт и бумажку, выписанную мне федералом на КПП, и все вопросы тут же снимаются.
Иду по улицам и понимаю: третий круг мне нравится всё больше и больше! Здесь можно просто ходить и гулять! Гулять и не думать, под кем сейчас тот район, в котором ты находишься, можно тебе сюда или нет, грабанут тебя здесь или просто возьмут таксу. Здесь как будто банд вообще не существует! Только полиция и федералы. Федералов, кстати, совсем не видно, хотя я думал, что их тут будет просто как чертей в аду. Нет. Ни одного. Ну если не считать того, на КПП.
Времени - час дня. Желудок, как по будильнику, начинает урчать и просить обеда. Привык я к распорядку метрошному! Кручу головой вокруг и ищу забегаловки. Глаз останавливается на шаурмичной. По размеру она совсем небольшая, как и все подобные заведения. Захожу и беру сочную, благоухающую шаурму с курицей. 3 фишки. В принципе, как и у нас. Жить можно! Сажусь за стойку перед окном рядом с портретом Президента, и вгрызаюсь в свою добычу. М-м-м!!! Какая вкуснотища! Ем с невероятным аппетитом, только за ушами пищит.
Проходит пара минут. Ко мне подсаживается смуглый черноволосый тип в кожанке, с бумажным стаканчиком чая. Делает глоток, громко хлюпая. Смотрит на меня. Лицо суровое, со шрамом. Подмигивает глазом, не улыбаясь:
— Привет новоприбывшим!
Замираю и оборачиваюсь к нему:
— Как ты понял, что я новоприбывший?
— Ке́нан, - говорит он, словно не заметив мой вопрос, и протягивает руку.
— Марк, - жму я ему руку в ответ.
— Вкусная шавуха здесь, а! - снова подмигивает он.
— То, что надо.
— С четвёртого?
— С пятого.
— Ого! А как ты пролез-то?
— А ты скажи сперва, как понял, что я новоприбывший, - отвечаю я, теперь уже сам подмигивая.
И тут мой собеседник, наконец, улыбается, хоть и ухмылкой, показывая жёлтые зубы, один из которых гнилой:
— А ты умеешь торговаться! Работу, небось, ищешь, а?
— Есть такое.
— Давай к нам. Мы платим хорошо. И вовремя.
— А чё делать надо?
— Барыжить.
— Этим? - показываю ему жестами наркоту и таблетки.
— Ага, им самым.
И тут меня словно отпускает. Внутри теплеет. Бандосики! Те самые, родные! Вы и тут есть, конечно же! Слава богу! Я не в каком-то особенном месте со своими законами. Я в знакомом мне Подземелье! Декорации немного отличаются, но оно всё то же, везде одинаковое! И правила здесь примерно те же, что и везде!
— Слушай, Кенан, - говорю. - Только без обид, ладно, но мне бы чё-нибудь побелее.
— Побелее? - протягивает он, приподняв брови. - Ты прикалываешься, родной? Где ты тут найдёшь побелее? Кто тя возьмёт ваще? Тут у местных-то с работой полный голяк, а ты хочешь такой красивый залететь, и…
— Да, да, я всё понимаю. Звучит всё правдиво. Но ты тоже пойми: я сегодня только заехал. Буквально вот пару часов назад. Ещё нифига не посмотрел, не сориентировался, а ты меня хочешь прям сразу вот так взять в оборот. Я так не могу. Мне надо недельку поболтаться, прицениться, а потом уже решать. Разумно?
— А у тебя деньги-то есть поболтаться недельку? - смотрит он с ухмылкой.
— Пока есть, - говорю, и тоже ухмыляюсь. - Грабануть хочешь?
— Да не, ты чё… Мы нормальные, гоп-стопом не занимаемся. Здесь вообще это не любят.
— Ну и слава богу. Твоё предложение через неделю будет ещё в силе?
— Ну не знаю, братан, на твоё место куча желающих.
— Да ладно тебе, - говорю, улыбаясь, - это ведь ты ко мне подошёл, а не я к тебе.
Кенан молчит, а я с аппетитом доедаю шавуху и чувствую приятную сытую тяжесть в животе:
— Ты мне скажи сейчас, сколько платите? А я запомню.
— Десять за смену. Плюс комиссионные. Но это если сейчас соглашаешься. А придёшь через неделю - дешевле будет.
— Я смогу тебя здесь найти?
— Сможешь, - отвечает он с угрюмым видом.
— Ну, значит если что - я сюда приду, тут и встретимся. Лады? Я пошёл. Спасибо за компанию!
Дружелюбно протягиваю руку, Кенан нехотя пожимает её, я встаю из-за стойки и выхожу на улицу.
Сытый и довольный, я продолжаю свой путь. Десять фишек за смену! Да вы рехнулись, ребят? За кого меня держите? Я видел цены в ларьке! Здесь всё дороже. Это я ещё в продуктовом не был - посмотрим, как там дела. Предчувствую уже, как офигею от ценников. А ещё ведь ночевать где-то надо!
Мокрый асфальт блестит под ногами, но дождь закончился, и я снимаю свой дождевик и кладу в рюкзак. Ноги малёк согрелись от обогревателя под стойкой, пока я сидел и обедал. Всё неплохо, Марк! Но лучше пока сильно не радуйся, ты тут ещё многого не знаешь.
Перекрёсток за перекрёстком приближаюсь к нужному месту, то и дело спрашивая у прохожих дорогу. Люди попадаются адекватные, помогать готовы. Только все торопятся куда-то. Я, конечно, тоже тороплюсь, но на улице меня все обгоняют. Наверное, так Кенан и распознал меня - местные живут в совсем другом ритме, а я ещё не успел набрать обороты. Но за этим дело не станет - разгонюсь так, что не остановить будет!
Вижу на другой стороне улицы небольшой сквер. С деревьями, с лавочками! С дорожками. Красота какая! Оглядевшись по сторонам, перебегаю дорогу и подхожу поближе, посмотреть. Деревья все искусственные, конечно же. Но всё равно красиво. Посреди сквера стоит памятник - мужчина в длинном плаще и в костюме поднимает руку к небу. Рука, правда, оторвана по локоть, да и в целом бедняге досталось - тут и там выбоины. От постамента отколот кусок, как раз в том месте, где должна была быть надпись, поэтому для меня так и остаётся загадкой, кому этот памятник.
Пройдя по одной из дорожек, я поворачиваю обратно на улицу и иду дальше. Дома становятся всё ниже. Вдалеке, в черноте неба висят красные огни. Это колонна. Её пометили этими огнями. Но для чего? Так ведь больше нигде не делают. В этом явно есть какой-то смысл, который мне ещё только предстоит узнать.
Кажется, я уже совсем близко. Остался один квартал. По пути попадается продуктовый магазин, и я захожу в него, затаив дыхание. У входа лежит стопка металлических корзинок. У двери на стене - портрет Президента, это обязательно. Женщина, зашедшая передо мной, достаёт корзину и идёт с ней дальше через вертушку. Мне, пожалуй, корзина не нужна.
Иду к турникету, но охранник строго окрикивает меня:
— Стой! Рюкзак сюда.
У входа стоит стеллаж для вещей. Я с опаской отдаю охраннику свой рюкзак, а он даёт мне бирку с номером.
Прохожу через турникет и оказываюсь среди изобилия продуктов. Да, здесь, конечно, всё иначе! На полках лежит такое, о чём мы на восьмом круге и слыхом не слыхали! Ветчина. Свинная. Обалдеть! 30 фишек упаковка. Овощи. Хлеб какой-то необычный. Куриные грудки. Куриные ножки. Полки просто ломятся от продуктов! Но цены!… Да, Кенан, если ты мне будешь платить по десять в сутки, то боюсь, питаться я буду только лапшой быстрого приготовления. Что, кстати, тоже неплохо. Купить, может, пару пачек? Нет, пока не буду, у меня ещё в рюкзаке есть кое-какие запасы. Съем их сперва. За это время успею прицениться, вдруг где найду дешевле места. Возвращаюсь обратно к вертушке, но охранник показывает мне, что я должен пройти через кассу. Делаю круг и прохожу так, как велено. Отдаю охраннику номерок, а он возвращает мне рюкзак.
Иду дальше по улице. Мимо с рёвом проносится полицейская машина на мигалках. Поворачиваю направо и прохожу мимо разрушенного нежилого дома. Надо же, и здесь такие есть! Выхожу на тихую улицу и вижу на другой стороне свою цель - серое панельное здание с большим портретом Президента над входом. У самого входа, на крыльце, стоят двое вооружённых бойцов в чёрной форме и с оружием. Федералы. Это я им должен отнести папку с документами. Нервно сглатываю и подхожу всё ближе. К зданию примыкает стена с воротами и с колючей проволокой. За воротами, наверное, броневик или что-то вроде того. Тут спохватываюсь: у меня ведь с собой газовый баллончик! А если будут досматривать и найдут его? Им это может не понравиться. Надо пока припрятать где-нибудь.
Прохожу мимо урны и быстро кладу баллончик туда, погрузив его рукой поглубже в кучу мусора. Вроде больше ничего криминального с собой нет. Ладно, я ведь просто отдам папку, что тут такого? Всё будет в порядке, Марк, не дрейфь!
Над головой раздаётся шум. Жужжание, как будто фен включили или миксер. Поднимаю голову. Надо мной пролетает дрон - чёрная хреновина с огоньками и с четырьмя пропеллерами. Я о таких слышал, но вживую вижу первый раз. Летит эта штука очень быстро, и не успеваю я присмотреться, как она уже скрывается за серой стеной, приземлившись где-то внутри. Мороз пробегает по коже, но я перехожу дорогу и приближаюсь к крыльцу. Вижу табличку на стене: “Опорный Пункт № 21 Президентской Федеральной Гвардии”. Бойцы у входа на крыльце смотрят на меня через щели в своих чёрных балаклавах. На груди у каждого автомат. Подхожу к ближнему из них и говорю заплетающимся языком:
— Здрасьте! Я ку… курьер. Папку принёс с документами. Доставка.
Ближний гвардеец оглядывается на своего товарища:
— Клим, осмотри его.
— Иди сюда, - говорит мне тот железным голосом.
Я поднимаюсь по ступенькам, чуть не запнувшись, и встаю перед Климом.
— Рюкзак, - говорит он, протянув руку в чёрной перчатке.
Послушно снимаю рюкзак и протягиваю ему. Он вертит его с обеих сторон, расстёгивает оба отделения, переворачивает вверх тормашками и вытряхивает на каменный пол всё содержимое. Всё моё богатство рассыпается по крыльцу перед ногами гвардейца, а одна круглая банка с консервами, отскочив от пола, укатывается по ступенькам вниз. На полу оказывается и папка с документами. Гвардеец ещё разок заглядывает внутрь рюкзака и бесцеремонно швыряет его в сторону. Чёрным кожаным берцем он отпинывает то, что лежит рядом.
— Встань сюда. Ноги на ширине плеч, руки в стороны.
Я молча повинуюсь, а он снимает с пояса металлоискатель и проводит вдоль моих ног, рук и корпуса.
— Развернись.
Я разворачиваюсь к нему спиной, и он проделывает всё тоже самое снова, а я жду, что в конце он даст мне смачного пинка под зад, и я полечу с крыльца, разбив физиономию о ступеньки.
— Чисто, - слышу я из-за спины.
Второй охранник говорит в рацию:
— Семён, от нас курьер с документами. Примешь?
— Так точно, - слышится из рации.
Гвардеец поворачивает ко мне лицо и говорит:
— Проходи. Приёмное окошко будет сразу справа. Отдаёшь документы и быстро выметаешься.
— А вещи можно подобрать? - спрашиваю я, оглядывая россыпь своих пожитков на крыльце.
— Можно.
Очень быстро поднимаю рюкзак и сгребаю туда с крыльца все свои вещи. Сбегаю вниз по ступенькам и подбираю банку с консервами. Поднимаюсь снова и торопливо подхожу к серой металлической двери. Очень осторожно тяну её на себя и шагаю внутрь.
Проходная с рамкой. Прохожу через неё, мимо ещё одного гвардейца, видимо, того, с которым говорили по рации. Быстро окидываю взглядом место, в котором оказался. Небольшой зал с каменным бюстом Президента посередине. Из зала наверх уходит широкая лестница. По ней спускаются ещё два гвардейца и что-то между собой обсуждают про учебку и про новобранцев. Справа замечаю то самое окошко для документов за стеклом, и тут же направляюсь к нему.
— Здрасьте, - говорю в окошко молодому гвардейцу без балаклавы, сидящему за компьютером. - Я курьер, документы принёс.
— Где? - таким же стальным голосом спрашивает тот.
Я просовываю синюю папку в окошечко:
— Вот.
Он забирает папку и смотрит на меня:
— Тебя кто так учил разговаривать, малыш? Хочешь на каталке отсюда уехать?
Наученный в метро, я тут же соображаю, в чём дело:
— Нет, господин гвардеец! Виноват, господин гвардеец! Пожалуйста, не выгоняйте меня!
— Так-то лучше.
Открыв папку и заглянув в содержимое, он ухмыляется и что-то вбивает в компьютер, а из-за спины раздаётся грохот и чей-то крик. Я машинально оборачиваюсь. Дверь в коридоре противоположного крыла приоткрыта, и оттуда доносится:
— Кто с тобой был, сучонок!!! Ты не один это рисовал! Вас двое было!
— Господин гвардеец, пожалуйста! Я ничего такого не имел в виду, честное слово! Я был один! Я просто уличный художник! Я…
— Врёшь, ублюдок!!!
Раздаются звуки ударов, крики и стоны. Дверь с грохотом захлопывается, и звуки становятся тише, а я замечаю, что у бюста Президента нет затылка - лица с обеих сторон. К нему нельзя подойти сзади. Его нельзя застать врасплох.
— Эй! - слышу я из-за окошка, вздрагиваю всем телом и оборачиваюсь. - Документы приняты. Свободен.
Стиснув рюкзак руками и прижимая его к груди, я прохожу обратно через рамку, толкаю локтем дверь и быстро, не глядя по сторонам, прохожу по крыльцу, спускаюсь по ступенькам и отхожу всё дальше от этого очаровательного места. Я свободен. Пока свободен. Но если это был специально спланированный урок для новоприбывшего, то это хороший урок!
Дохожу до тротуара и иду направо по улице. Фуух! Хорошо, что додумался баллончик выложить. Стоп! Баллончик! Я забыл про него!
Разворачиваюсь и дохожу до урны. Роюсь рукой внутри и нахожу свою “заначку” среди жестяных банок, сигаретных пачек, каких-то бумажек, оторванных страничек из блокнота… И тут меня словно молнией прошибает. Записка от Крота! С телефоном. Она всё это время была у меня в кармане.
Быстро захожу за угол, чтобы меня не было видно с опорного пункта, и судорожно нащупываю в кармане джинс сложенный вчетверо листок с телефоном Крота. А если бы его у меня нашли? А если бы спросили, чей это номер? Прижимаюсь спиной к стене и покрываюсь холодным потом. А ведь могли. И что бы тогда было? Ох, Марк, так нельзя! Здесь надо быть собраннее! Ты слишком расслабился. Ну-ка давай, соберись, и выучи этот номер наизусть прямо сейчас.
Я стою несколько минут и заучиваю номер. Прохожу ещё один квартал, вспоминаю номер, сверяюсь с записью. Запомнил. Поворачиваю на перекрёстке налево и иду ещё квартал. Снова проверяю себя. Ну всё, теперь точно не забуду. Достаю зажигалку и сжигаю бумажку с номером. Аллилуйя! Теперь улик нет.
Замечаю рядом ларёк. Но не с сигаретами, а с газетами и журналами. Надо бы хоть почитать, что пишут. Ознакомиться с обстановкой. Стою и рассматриваю газеты. На каждой из них на первом листе либо фотография Президента, либо статья о Президенте. “Президент помиловал…”, “Президент наградил…”, “Президент подписал…”. И тут вдруг вижу жёлтого цвета журнал с надписью “Работа”. Подхожу к окошку и спрашиваю про него:
— А это, сынок, объявления о работе. Еженедельник, - говорит мне старушка из темноты ларька.
— А про жильё есть такое же?
— Да, вот: “Недвижимость”. Тоже раз в неделю выходит.
— Класс! Давайте “Работу” и “Недвижимость”. И газету, вот эту, с портретом Президента. Сколько будет стоить?
— По одной фишке они стоят, итого три.
Забираю журналы и газету, и быстро просматриваю объявления о сдаче жилья. Мне нужна комната. 20 фишек в сутки… 15… снова 20… Понятно.
Складываю свою добычу в свободное отделение рюкзака, чтобы не намочить об дождевик. Иду дальше, сам не зная, куда, и через пару кварталов оказываюсь в очень любопытных местах… Нищих здесь больше, чем обычно. Надписей на стенах тоже. Вокруг пошарпаные пятиэтажки. Асфальт раздолбанный. Между двумя домами узкий проход, и там внутри - жизнь. Музыка играет, огни разноцветные горят, доносится гул голосов и весёлые крики. Кажется, мне туда! Чует моё сердце, где-то здесь играют в покер. Главное - не просадить все деньги в первый же день!
Иду по узкому тёмному переулку и встречаю на пути трёх девиц. Одна из них, с крашеными волосами, в кожаном топике и колготках чёрной сеточкой манит меня пальчиком к себе:
— Эй, красавчик! Сэксис-тотис не желаешь?
— Сэксис… что?
— Трахаться будешь?! - громко повторяет мне девица, как тупому, а её подружки хохочут.
— Погоди: а перед этим ты что сказала?
Она нежно кладёт мне руку на плечо и говорит на ухо:
— Милый: 45 фишечек - и я тебе всё расскажу и покажу!
— Нет, спасибо, - говорю я и двигаю дальше.
Жесть! Ну и цены!
Прохожу ещё пару десятков метров и оказываюсь в сердцевине этого злачного места. Тут всё: стриптиз, наркотики, еда, выпивка, кальяны, игровые автоматы, и даже рукопашные бои! Народу пруд пруди! У нас на восьмом круге тоже есть подобные места, но здесь совсем иначе. Тут с огоньком! Чувствуется задор, который на восьмом круге напрочь отсутствует. У нас угрюмо и сурово, а здесь весело! Надо бы, по-хорошему, выпить чего-нибудь. Чёрт, Марк, ведь ты ещё даже хату не нашёл, что у тебя в голове!
Подхожу к кассе у игровых автоматов и спрашиваю у кассирши, где тут играют в покер, но она не знает. Выхожу разочарованно на улицу, и вдруг вижу на противоположной стороне молодого парня. Он стоит на углу и внимательно рассматривает прохожих. Барыга! Уж он-то тут знает всё.
Встаю рядом с ним и демонстративно закуриваю.
— Братишка! Поделись сигареткой! - говорит он дружелюбно.
Я протягиваю ему сигарету из пачки. Даю “огоньку”.
— Чё, - говорю, - не рыбный день сегодня?
— Да ваще пипец! Просто полный голяк! Проклятый день какой-то. Народ, видать, по тяжёлым решил ударить.
— А ты чем торгуешь?
Он показывает свой товар, и среди него находится и то, что мне знакомо, и неизвестное всякое. В-основном стандартный набор “лёгких” и “средних”.
— Возьмёшь чё-нибудь? - спрашивает он с надеждой.
— Да я бы и взял, но я чёт на мели малость.
— Бывает… - улыбается он.
Протягиваю ему руку:
— Марк.
— Мокрый. Оч приятно!
— Слышь, Мокрый: а где тут в покер играют, не знаешь?
— Хех, на мели, называется!
— Так мне не щас, а… когда подзаработаю, - отмазываюсь я.
— Ну вон там, по той лестнице, на третьем этаже есть заведение, там точно играют.
Квартал здесь “многоуровневый” - тут и там железные лестницы на второй, на третий этажи. Кое-где даже с площадками на улице, на которых тоже движуха.
— А пойдём я тебя пивом угощу, Мокрый! Расскажешь мне хоть, чё тут, да как. А то я недавно здесь.
— О, это дело, братишка! Пошли!
Мы поднимаемся, громыхая ногами, по железным ступенькам на небольшую площадку на втором этаже.
— Так ты, значит, новоприбывший? - спрашивает Мокрый по дороге.
— Ну да, сегодня только заехал.
Поднявшись, мы заходим с площадки в маленький уютный барчик и заказываем пиво, а я заодно ещё беру жареную картошку и куриные наггетсы.
— Ты с четвёртого? - спрашивает Мокрый.
— С пятого.
И я травлю ему ту же байку, что и всем остальным.
— Ништяк! - говорит Мокрый. - Я б тоже хотел научиться в покер играть.
— А ты не умеешь?
— Ха-ха! Уметь-то как бы умею, тока проигрываю всё время!
Нам приносят пиво, и мы стукаемся кружками. За встречу!
— Как тебе местный пивас? - спрашивает мой новый знакомый после того, как я делаю глоток.
— Годный, - говорю. - Скажи: с жильём тут чо как? В этом квартале дорого пади?
— Здесь дорого? - ухмыляется Мокрый. - С чего ты взял?
— Ну… тут, наверное, много криминальных авторитетов тусуется, все при деньгах, не?
— Нифига подобного! Приличные, состоятельные люди отсюда держатся подальше. Так только, развлечься приходят… А живут ближе к стене. Вот там дорогие районы. А здесь если хочешь, есть хостелы дешманские - хоть обснимайся! Не знаю только, зайдёт ли тебе такое…
— Дешманские - это сколько?
— Ну за десять круглых за ночь койку-место снимешь. А если сразу за неделю заплатишь - так и дешевле будет.
— Опа! Это разговор! Покажешь, где?
— Конечно, братишка, не вопрос!
Мы выпиваем ещё. И ещё. Я закусываю хрустящей картошечкой и нагетсами, и делюсь с Мокрым.
— Слушай, - говорю, взглянув на часы. - Ещё ведь только пол-восьмого вечера, а тут уже такое веселье. Это что ж ночью-то будет?
— Да, ночью тут жара.
— Ну так может рано ещё расстраиваться? Ближе к ночи наверстаешь.
Мокрый складывает ладошки над головой:
— Пусть боги мне помогут!
— О, я как раз хотел спросить…
— Чего спросить?
Вытягиваюсь к нему поближе и говорю, понизив голос:
— Ты про богов чё-нибудь знаешь? Ну, про тех, наверху?
— Чувак, да я с ними даже на связь выходить могу!
— Да ну, серьёзно? Это как?
— А вот так, смотри…
Он достаёт из кармана белую самокрутку, раскуривает, хорошенько затягивается и, задержав дыхание на несколько секунд, выдыхает облако густого белого дыма. Сразу же узнаю запах. Конопля. Её ни с чем не спутаешь.
Я отмахиваюсь ладонью от дыма, который ест глаза, а Мокрый снова складывает ладони, как будто в трансе.
— И чё? - смеюсь, глядя на него. - Контакт, типа, устанавливаешь?
— Погоди, не отвлекай… По трезвяку оно плохо работает. Нужно расширить сознание. Войти в медитацию. И тогда…
— Чё тогда?
— Тогда они тебя слышат. Их можно попросить о чём-нибудь, и они помогут. Ну если в хорошем настроении.
— А если не в хорошем?
— Ну… тогда не помогут.
— А как ты понимаешь, что это именно они тебе помогли?
Мокрый смотрит на меня покрасневшими глазами, как на младенца:
— А зачем мне это понимать?
— Ну, вдруг это просто твои фантазии?
— И чо?
— Ну, фантазии твои могут, типа, противоречить реальности.
Мой знакомый взрывается хохотом. Я даже не пытаюсь его остановить. Под травой человек может смеяться очень долго, причём по любому поводу.
Мокрый делает попытку остановиться, но его накрывает новый приступ хохота. Я в это время просто попиваю пивко и тоже улыбаюсь. Его смех хоть и укуренный, но заразительный.
Наконец, ему удаётся остановиться:
— Мои фантазии… как там сказал… бля, напомни!
— Противоречат реальности.
— А, точно… Противоречат, да?
— Типа того.
— Ну раз… противоречат… то в жопу твою реальность.
— Хм…
— Я серьёзно, чувак! В жопу реальность! Что такого хорошего в этой твоей реальности, что ты за неё так цепляешься, а?
— Я, может, и рад был бы не цепляться, Мокрый… если бы она была только моей.
Каким-то чудом в этот вечер мне удаётся не напиться, а Мокрому - не укуриться в хлам. Ближе к ночи он приводит меня в заведение под названием “Хостел у Рамзеса”. Он стучит кулаком в железную дверь. Открывается маленькое смотровое окошечко, и в нём показывается широкая смуглая физиономия:
— Щё стучишь, брат?
— Здоров, Рамзесик! Квартиранта тебе привёл!
— Ооооу! Какой маладэц!
Дверь открывается, и толстый волосатый Рамзес встречает нас, как давно невиданных родственников. Мы с ним быстро договариваемся о цене - десять фишек за ночь, как Мокрый и обещал. Мы с Мокрым обнимаемся напоследок, и Рамзес проводит меня в тесную комнатушку с двумя двухэтажными кроватями, сколоченными из толстых листов фанеры. Оба нижних этажа заняты темнокожими парнями неизвестной мне национальности. Впрочем, национальность Рамзеса тоже остаётся загадкой. Выбираю приглянувшуюся верхнюю койку. Скидываю задрипанное старое одеяло и застаю врасплох рыжего таракана. Он бросается наутёк, но я прихлопываю его ладошкой и щелчком пальца сшибаю на пол со своей территории. Кладу рюкзак в ноги, ловко запрыгиваю наверх и заглядываю под тощую подушку - нет ли там ещё кого-нибудь. Взбив подушку, плюхаюсь в неё головой. Поворачиваюсь, и гляжу вниз на одного из соседей:
— Мужики, а клопы тут есть?
— Не, - отвечает сосед, задумчиво глядя в потолок. - Клопов не водится. А жаль…
— Почему жаль?
— С клопами дешевле было бы…
Я провожу пальцем по потолку и, не раздеваясь, накрываюсь одеялом.
— Ладно… - говорю. - Тараканы за десять меня устроят.
Просыпаюсь ближе к девяти утра. Тут же вскакиваю с кровати - у меня же куча дел! Неизвестно, правда, в какое время тут жизнь начинается, ну лучше быть на ногах пораньше. Оба моих соседа свалили и наверняка уже вкалывают вовсю.
Иду в умывальник. Чищу зубы перед грязной, заплёванной раковиной и треснутым зеркалом. Душа здесь нет. Ничего, к такому не привыкать. Надо найти рынок - в забегаловках есть слишком дорого, лучше покупать продукты и готовить самостоятельно. Правда, у Рамзеса негде готовить, так что нужно будет поискать хостел с кухней. А ещё надо работу найти! А для этого нужна связь! Мысли роятся в голове. Дел целая гора. Кажется, я начинаю ускоряться и входить в местный ритм.
Захватив рюкзак, выхожу из общаги. Утро от вечера в Подземелье можно отличить только по количеству людей на улице и по их виду. Если людей немного, они трезвые, сосредоточенные и куда-то торопятся - значит, утро.
Но в нашем трэш-квартальчике никто никуда не торопится. Здесь тихо и пусто. Лишь пара бродяг лежит прямо на тротуаре, там, где их застиг сон. Перешагиваю неподвижное тело одного из них, иду мимо разбитых бутылок и мусора. Аромат разлитого алкоголя смешивается с кисловатым запахом чьей-то блевотины. Я будто побывал на дикой пьяной вечеринке, и поутру, проснувшись с неожиданно ясной головой, стремлюсь поскорее смыться отсюда в какое-нибудь более приличное место.
Выйдя на широкую улицу, вижу, что жизнь уже кипит вовсю. Десятки автомобилей проносятся мимо, прохожие спешат, магазины открыты. Спрашиваю у встречных про рынок, и мне тут же показывают направление. Кажется, он неподалёку.
По дороге пытаюсь составить в голове список покупок. Макарон надо купить да крупы какой-нибудь. И сухарей, наверное. Чего-то такого, что не испортится быстро. Консервы у меня пока есть, так что на первое время хватит перекантоваться. Перехожу широкую улицу по подземному переходу. В переходе замечаю ларёк с канцелярией. Вспоминаю, что у меня в рюкзаке есть ручка и блокнот. Перекладываю их поближе, во внешний карман, чтобы быстро доставать и делать записи.
До рынка дохожу довольно быстро. Большой павильон, а внутри - торговые ряды. Народу много. Все суетятся, покупают, продают, спорят, договариваются. Вижу много свежих овощей. Лоток с сухофруктами. Их можно было бы купить, они долго хранятся. Подхожу, узнаю цену и понимаю, что мне это сейчас совсем не по карману. Прохожу мимо лотка с шаурмой, сглатывая слюну. Есть хочется так, что аж живот сводит! Я ведь ещё не завтракал. Самое время. Но день я решаю начать не с шаурмы, а с жареных пирожков - они тоже вкусные, а стоят гораздо дешевле. Проглотив два пирожка и залив сверху горячим сладким чаем, продолжаю исследовать местный рынок. При этом чувствую, что привлекаю к себе внимание. Пока я выбираю, где повыгоднее купить макароны и кукурузную крупу, ко мне то и дело подходят всякие мутные типы, предлагая то наркотики, то ворованные шмотки, то заработок, но такой, что даже думать не хочется. Но от одного из таких типов я вдруг слышу важное слово “мобила”. Оборачиваюсь и спрашиваю, нет ли чего подешевле, а он в ответ зовёт меня в дальний конец рынка. Я быстро покупаю нужные мне съестные припасы, и отправляюсь вслед за этим парнем. Мы подходим к небольшому лотку. На нём разложены мобилы разной степени изношенности. Все они, конечно, потрёпанные жизнью, и наверняка краденные. Но мне главное, чтобы аппарат работал. Вижу пару знакомых моделей, о которых точно знаю - они крепкие и часто переживают своих хозяев. Лишь бы аккумулятор был не убитый, но и его можно при случае заменить. Спрашиваю про цены и понимаю, что меньше, чем за 50 фишек, мне тут ничего не продадут. Сколько же тогда стоит приличный, неворованный телефон? Есть ли они тут? У нас на восьмом круге абсолютно любые телефоны продаются только вот так, с лотка. Или с рук. Но здесь-то всё иначе. Тут может быть, прости господи, даже магазин с телефонами есть! Это надо выяснить. И точно не стоит бросаться на первое предложение. Подумав об этом всём, я прощаюсь с лотошниками и иду на поиски магазина с телефонами.
Искать долго не приходится. Чуть отдалившись от продуктового рынка, я мигом нахожу рынок электроники. Он гораздо чище и солиднее продуктового, и состоит из небольших магазинчиков, каждый из которых посвящён какой-то теме: компьютеры, бытовая техника, связь. Хожу и разглядываю всё это, словно в музее. Столько электроники в одном месте я ещё никогда в жизни не видел!
Зайдя, наконец, в магазин сотовой связи, я быстро понимаю, что 50 фишек было отличным предложением. Здесь цены начинаются с 90, причём за самую задрипанную модель. А есть ещё смартфоны! Это просто космос! Большая плоская лопата с цветным сенсорным экраном, и кнопки показываются прямо на нём. Очуметь! Я такой видел разок у одного из криминальных авторитетов. А здесь их прям пощупать можно! Под пристальным взглядом охранника. Но ценник! Ценник тоже космический. Пистолет можно купить.
На этом рынке охрана гораздо жёстче, и никакие мутные типы за всё время моей экскурсии ко мне не пристают ни разу. Но стоит выйти на улицу, как стоящий рядом парень в чёрной куртке тут же подзывает меня коротким свистом. Оглядываюсь. Он подмигивает:
— Мобилу ищешь, братишка?
— Ну типа того.
— Дорого, да?
— Ваще пипец.
— У меня дешевле есть. Серые.
— Ворованные?
— Ворованные - это чёрные. Серые - тоже могут быть ворованные, но они “отмытые”. То есть, по ним дело закрыто, у ментов выкуплены.
— И сколько?
— Ну вот такой, - он достаёт из кармана кнопочную мобилу, неплохую на вид, - за шестьдесят.
Вздыхаю и качаю головой. Времени искать телефон подешевле у меня особо нет. Мне связь нужна, чтоб работу найти. Не буду же я по каждому объявлению на адрес приходить. Так никакого времени не хватит.
— А точно работает нормально?
— Смотри.
Парень набирает номер и звонит кому-то. Протягивает телефон мне. Я осторожно беру его в руки, разглядывая со всех сторон, и прижимаю к уху:
— Алло.
— Здравствуй, друг! Хорошо слышишь?
— Да, звук есть, - я поднимаю взгляд на парня. - А батарея норм?
— Три дня держит, если много не трепаться. А если много, то полтора.
Кладу трубку.
— Ладно. По рукам.
— Супер! Дай трубу на секунду, мне надо симку достать.
— Симку достать?
— Ну конечно! Симка-то моя. А у тебя своя должна быть.
— У меня нету. А где тут её взять? На рынке?
— Да вот тут же, в салоне сотовой связи. Приходишь и покупаешь. Десятку стоит. Паспорт с собой у тебя?
— Да, с собой.
— Ну и всё! Оформишь за пять минут - и будешь на связи! 60 фишек с тебя.
Я отсчитываю ему деньги, мы жмём друг другу руки, и он уходит с заработком, а я - с телефоном. Захожу обратно на рынок, как он советовал, и иду в тот самый магазин, где недавно рассматривал смартфоны.
— Мне нужна сим-карта, - говорю я продавцу.
— Паспорт и регистрацию, пожалуйста, - вежливо отвечает он мне.
Я кладу на стойку свой паспорт и бумажку, которую мне выдал гвардеец на 41-х воротах.
— Это не регистрация, - говорит он. - Это справка о временном пребывании. По такой сим-карта не выдаётся.
— А как эту регистрацию получить?
— Либо хозяин квартиры даёт, либо работодатель.
— А без этого совсем никак? - спрашиваю я, как дурачок, которым, собственно, и являюсь. Продавец лишь молча качает головой.
Твою мать…
Выбегаю на улицу, в надежде поймать того парня, который продал мне телефон, но куда там - его уже и след простыл. Он ведь наверняка знал, что мне по одному паспорту симку не дадут! Знал, но не сказал, сучонок, ведь ему нужно было впарить мне телефон. Чёрт!
Так… Надо подумать. Телефон, по крайней мере, у меня есть. И вроде даже рабочий. Симка… про неё надо спросить у тех барыг, что на продуктовом рынке. У них там чёрные телефоны. Наверняка и симки тоже есть!
Но с барыгами меня ждёт облом. Когда я спрашиваю их про левые симки, они только разводят руками. Выясняется, то здесь с этим всё очень строго. Левую симку, конечно, если очень постараться, то можно найти, как и всё в Подземелье. Только стоить такая симка будет, как два смартфона.
Ну класс! И чё теперь делать? Замкнутый круг получается: чтобы найти работу, нужна симка, а чтобы получить симку - нужна работа!
Плетусь по улице, сам не понимая, куда, и закуриваю на ходу сигарету - одна радость. Что ж теперь делать, Марк? Ходить по адресам ногами в поисках работы? Больше пока ничего не остаётся. А денег-то осталось совсем негусто. Фишек пятьдесят, наверное. Даже пересчитывать не хочется, чтобы не расстраиваться. И чё? Идти играть? Так можно ведь вообще с нулём остаться! И где тогда ночевать? Рядом с этими бомжами, которые на улице валяются? Мда…
В этих невесёлых мыслях я бреду и бреду по улице, поглядывая изредка на объявления, приклеенные к стенам и к фонарным столбам, и не видя там ничего особенно ободряющего. Официальную работу никто не предлагает, а заниматься нужно при этом каким-то леваком, за который меня отсюда вышвырнут ещё раньше, чем у меня закончится моя “справка о временном пребывании”.
Вижу впереди сияющее стеклянное здание. Разноцветные голографические вывески пляшут и переливаются, по ним бегут надписи, а вокруг искрятся белые стробоскопические лампы. Не уж то казино! Вот это класс! Хотя, удивительного тут мало - здесь таких заведений должно быть на порядок больше, чем в наших краях. Но это явно знак! Надо туда хотя бы заглянуть. Уж не знаю, пустят ли меня с моими скромными пожитками. Но почему бы не попробовать!
Поймав какое-то странное, из ниоткуда взявшееся вдохновение, я прибавляю шагу. Видать, соскучился по игре. Меня прям так и тянет за покерный стол! Чувствую, что мне должно повезти! Плохо такое вдохновение может закончится, мне ли не знать, но поделать с собой я уже ничего не могу. Меня туда притягивает, как магнитом.
И вот сверкающее здание уже совсем близко, и я вижу целиком горящую на вывеске надпись “Casino” и ниже надпись “Игры Богов”. Вот так название! Ну мне точно туда!
Торопливо перебегаю через дорогу и оказываюсь уже перед самим крыльцом, как вдруг слышу над головой знакомый жужжащий звук. По спине пробегают мурашки. Мне даже не нужно поднимать голову, чтобы понять: это дрон. Дрон федералов. Кого же ещё! Только что он здесь делает?
Я замедляю шаг, а из казино в это время выходит упитанный дядька в жёлтой футболке, с толстой кожаной барсеткой в руке, оживлённо разговаривая по телефону. Он идёт бодрым шагом к ярко-жёлтому приземистому спортивному авто под цвет футболки, которое стоит, наверное, как пол-казино, пиликает, вытянув руку, электронным ключом. Но тут на тротуар влетает чёрный минивэн, из него выскакивают двое гвардейцев и кладут дядьку мордой в асфальт, ловко завернув руки за спину и заковав в наручники. Они шарахают его шокером в шею, чтобы он не дёргался. Один берёт его под руки, а второй - за ноги. Оба встают и быстро вносят его в минивэн. Всё занимает какие-то секунды. Дверь захлопывается, и чёрный микроавтобус в одно мгновение исчезает прочь, оставив от жёлтого дядьки только один след на асфальте - телефон. Чёрный, прямоугольный телефон.
Я стою, как вкопанный, и вдруг понимаю, что у меня есть от силы пара секунд. Я даже не пытаюсь о чём-то думать, что-то просчитывать. Я бросаюсь на телефон, как кошка на мышь, хватаю его обеими руками и даю такого дёру, какого давненько уже не давал!
Да, за мной следит дрон (хотя, может его и нет уже). Да, охранник на крыльце всё видел. А ещё рядом была парочка прохожих, которые тоже видели. Да, возможно, полиция уже едет за мной следом. Но я несусь по тротуару, позабыв обо всём! По улицам, через перекрёстки на красный свет, через подземные переходы. Неплохо бы сейчас оказаться на рынке, но он у меня за спиной, да и много ли это даст?
Я сворачиваю в узкие переулки, пытаюсь смешаться с толпой, и мало помалу, сбавляя шаг, переводя дыхание и потихоньку оглядываясь по сторонам, начинаю понимать, что, кажется, никакой погони за мной нет.
Мысли приходят в порядок. Мужика взяли федералы. Значит, что-то крупное. И значит, что о его телефоне, скорее всего, не беспокоится ни одна живая душа. Его наверняка уже возят рожей по кафельному полу “Опорного Пункта Президентской Федеральной Гвардии”, и где там его телефон - какая им разница? Если только на нём нет каких-нибудь улик… А что, если есть?…
Достаю из кармана чёрный плоский смартфон. Жму на единственную кнопку. Загорается экран с клавиатурой. “Введите код”. Четыре цифры. Оглядываюсь по сторонам, не смотрит ли кто? Пытаюсь угадать код. 1111. 2222. 1234. Всё не то. После нескольких попыток экран блокируется. “Повторите попытку через 5 минут”. Понятно. Воспользоваться им для себя я не смогу. Так может, просто скинуть его? Пока не поздно. Пока за мной не приехали на чёрном минивэне.
Захожу в подземный переход. Здесь как-то поспокойнее. Здесь меня не увидит летящий в небе дрон. Прижимаюсь спиной к стене. Думаю.
Скинуть или нет? Или быстренько толкнуть кому-нибудь? Стоп! Там же есть сим-карта! Точно! Достать сим-карту, вставить к себе в телефон - и у меня будет связь! Ну-ка, где она тут?
Я верчу смартфон со всех сторон, но он, кажется, полностью запаян. Нет никакой крышки, которая открывалась бы, как у кнопочного телефона. Как же он работает? Как аккумулятор менять? И как симку вставлять? Ничего не понимаю… И тут вспоминаю тех мужиков на рынке, с ворованными мобилами. А они ведь не так далеко. Я всего пару кварталов оттуда махнул. Вернуться? Стою и раздумываю, глядя в пол. И вдруг…
Вдруг снова слышу тот самый жужжащий звук! Вздрагиваю всем телом! Звук откуда-то справа, изнутри перехода. Смотрю туда… Фууух!… это просто электрические игрушки, которыми тут приторговывают. И звук у них совсем не такой. Нервишки сдают. А ты точно сможешь, Марк? Или лучше скинуть эту трубу где-нибудь тут, в переходе, да убраться подальше? Может, ну его нафиг, а?
Стою и кусаю губы. Мимо проходят две подружки, о чём-то весело болтая. Одна из них кидает на меня быстрый взгляд, и они идут дальше. Вроде не выгляжу особенно подозрительным. Бросить, не бросить?…
Да какого чёрта! Он стоит, как слиток золота! А у меня 50 фишек в кармане. Я же только что хотел в казино! Хотел рисковать! А тут вдруг сдулся? Нееет. А ну-ка соберись, сопляк! Быстрый спринт до рынка, а там разберёмся. Только не бегом.
Выдохнув, выхожу на улицу и иду к рынку, но не тем маршрутом, которым бежал, а параллельным. Поглядываю в тёмное небо, пытаясь разглядеть там летящие огоньки и распознать тот самый, неприятный звук. Но нет, всё чисто. Вроде… Вижу впереди полицейскую машину. Она несётся навстречу с сиреной и мигалками. Делаю каменное лицо и иду вперёд, как ни в чём не бывало. Машина проносится мимо. Да никому ты не нужен, Марк! Расслабься.
Поняв, что немного запутался, спрашиваю прохожих про рынок, и быстро нахожу нужный путь. На рынке я оказываюсь скорее, чем успеваю опомниться от своих приключений.
Долго искать мобильщиков не приходится - они тут как тут.
— Ну что, братишка, надумал покупать трубу?
— Пссст! - подзываю я продавцов в ответ, и мы отходим вглубь их лотка, чтобы не привлекать лишнего внимания.
Я показываю им своё сокровище:
— Почти нулёвый, мужики. Толкнуть хочу, по-бырому.
— За сколько?
— За девяносто.
Торгаши переглядываются, округлив глаза. Для такого аппарата это ж почти даром!
— А ты его где взял, братан? Свистнул? У кого?
— Да не знаю я, у кого. Он потерял, а я нашёл, - строю я дурочку, конечно же не собираясь им рассказывать всей истории.
Мужики снова понимающе переглядываются.
— Дай посмотреть, чё внутри, - тянет руку один из них.
— Тщщщ! Денежки вперёд, - говорю. - А ещё мне оттуда симка нужна. Только не знаю, как достать.
— Погнали к Павлику, - говорит самый авторитетный из них, с хриплым голосом и опухолью на шее размером с кулак. - Он эту лопату мигом вскроет. Только это надо прям щас провернуть, пока за ним не пришли! Кто попало таких не держит. Может так прилететь, что мало не покажется!
Пацаны кивают.
— Руфик, ты здесь останься, а мы с Вазгеном сгоняем, - говорит главный, и оборачивается ко мне. - Погнали. Здесь, недалеко.
— Ну погнали, - говорю.
Мы выходим с другой стороны рынка и садимся в старую раздолбанную тачку. Кое-как, кряхтя и охая, тачка заводится. Меня сажают спереди, на пассажирское сиденье, Вазген водителем, мужик с опухолью - сзади.
— Ты его выключи пока, - слышу я хриплый голос.
— Да не могу я! Он запаролен. С ним ничё не сделать.
— Ладно. Павлик ща разберётся.
Долго ехать не приходится. Проезжаем квартал и оказываемся в месте, которое по смыслу напоминает промзону на нашем круге, только, конечно же, поцивильней и почище. Идём мимо лотков и гаражей. Останавливаемся у мастерской с вывеской “Ремонт электроники”, и заходим внутрь.
— Здоров, Павлик! - хрипит главный.
— Здрасте, - отвечает ему худощавый китаец из-за рабочего стола, не отрывая глаз от своих дел.
На столе валяются разные устройства и приборы, клубки проводов, паяльник, лампы с двух сторон, стоит открытый ноутбук.
— Братуха, нам надо лопату быстренько расконопатить, поможешь?
— Чё за лопата? - он поднимает раскосые глаза.
— Покажи, - подталкивает меня локтем мой покупатель.
Выкладываю на стол смартфон. Павлик аккуратным, но уверенным движением берёт его в руки, вертит со всех сторон, включает экран, тыкает кнопки, и кивает головой:
— Стандартная цена. Здесь ничего сложного. Делаем?
— Давай!
Павлик снова кивает, и зажимает центральную кнопку и какую-то ещё одну, сбоку. Экран темнеет. На нём появляется, что-то, чего я там раньше не видел. Китаец что-то колдует на появившемся экране.
— Только мне симка оттуда нужна, - говорю я.
Не говоря ни слова, Павлик берёт булавку, тыкает ей сбоку в телефон и тут же, как фокусник, на моих глазах достаёт из телефона сим-карту, протягивает мне, и продолжает с телефоном.
Я, не веря своему счастью, достаю свою кнопочную мобилу и открываю её, чтобы вставить симку.
— Не подойдёт, - говорит Павлик. - Переходник нужен. Ща дам…
Выдвинув ящик стола и порывшись там, он достаёт и протягивает мне небольшую пластиковую рамочку:
— Вставь туда симку, а потом заправляй в телефон. Только не включай пока.
Я делаю то, что он сказал, и пока я вожусь со своим телефоном, у Павлика уже всё готово. Он протягивает смартфон мне. Я оглядываюсь на торгашей:
— Девяносто фишек, господа.
Пару мгновений мы пристально смотрим друг на друга.
— Вазген, отсыпь ему.
Получаю свои деньги от Вазгена и отдаю им телефон. Поворачиваюсь к Павлику:
— Теперь можно включить?
— Ты этот аппарат где взял?
— На улице нашёл, - отвечаю, подмигивая.
— Просто, если его ищут, то по сим-карте тебя можно найти. Когда телефон подключается к сети, менты могут узнать, к какой вышке ты подключен. Понимаешь?
— Понимаю. А если телефон выключен?
— Тогда нет.
— Принято. Буду знать. Ну, - оглядываюсь я на своих покупателей, - успеха, мужики!
— И тебе, брат, - отвечает хриплый. - Приходи ещё.
Выхожу на улицу, кладу телефон и деньги в карман, и отправляюсь, куда глаза глядят. Вспоминаю ещё разок хриплого. С такой опухолью он мог бы сидеть и милостыню просить, а он - нет, делом занят. Уважаю таких.
Надо бы поесть, уже время обеденное. А заодно и прозвонить работодателей. Выхожу на широкую улицу и иду по ровному тротуару, рассматривая разноцветные вывески и портреты Президента. Поглядываю по сторонам: не ищет ли меня кто? На этот раз смотрю заведение посолиднее, чтобы ко мне за обедом не приставал никто.
Нахожу симпатичное кафе с видом на улицу и двумя этажами. Захожу, и сразу чувствую приятный сладковатый кофейный запах. Подхожу к стойке. Первое, что бросается в глаза - большая кофемолка с зерновым кофе. Офигеть! Первый раз такое вижу!
— Вам подсказать что-нибудь? - спрашивает девушка в чёрной блузке и белом фартуке за стойкой, улыбаясь.
— У вас… пообедать можно?
— Да, конечно!
Замечаю меню на стойке и заглядываю в него: вроде есть, чем подкрепиться, хоть и цены слегка безумные.
— Вы садитесь, я принесу меню, - говорит девушка приятным голосом.
— А наверх можно?
— Да, разумеется!
“Разумеется”. Слово, знакомое мне только по книжкам и услышанное вживую в первый раз.
Поднимаюсь на второй этаж и сажусь за стойку возле окна, оглядываясь по сторонам. Народу не много, и публика вроде адекватная, никаких Кенанов здесь нет. Гляжу в окно, рассматриваю огни города и мелькающие под ногами машины. Приятно!
Официантка приносит меню. Заказываю кофе, сэндвич с ветчиной и яичницу с картошкой фри. Стоить это будет 29 фишек. Кошмар… Ладно, побалую себя разок!
Официантка уходит, а я достаю из рюкзака справочник с работой и начинаю листать страницы. Ищу объявления с официальным трудоустройством. Негусто. Совсем. Но кое-что есть. Достаю авторучку и начинаю обводить те объявления, которые могут мне подойти. Перелистываю одну страницу за другой, изредка делая пометки.
Мне приносят сэндвич и кофе. Делаю глоток. Ох, хорошо! Вот, оказывается, каков на вкус настоящий зерновой кофе! Он совсем другой. В наших краях я такого вообще никогда не видел и не пробовал - всё делается из порошка.
Попиваю бодрящий напиток, закусывая сэндвичем, поглядываю в окно и прохожу до конца весь справочник. Итого есть пять объявлений, подходящих мне. А ты чего ждал, Марк? Что тут работников не хватает? Ладно, идём по порядку. Где там первое?… “Официант”. Правда, нужен опыт. Но ведь он у меня есть, не правда ли? Включаю телефон и жду, когда сеть появится. Набираю номер.
— Алло, - слышен чей-то грубый хриплый голос.
— Здравствуйте! Я… насчёт объявления. Официант.
— Вакансия закрыта.
Щелчок и гудки. Понятно. Что там дальше? “Кассир”. Как-то давно в детстве мечтал быть кассиром. Но постоянно наблюдая ограбления магазинов, я всё же передумал. Звоню.
— Магазин “24 на 7”, отдел персонала, - отвечает женский голос.
— Здравствуйте, я по поводу вакансии, кассир.
— Да, слушаю.
— Ну… это… Хочу прийти и… начать работать. Что для этого нужно?
— Сколько вам лет?
— Семнадцать.
— Извините, принимаем только с восемнадцати лет.
Связь обрывается. Мда… А чё в справочнике об этом не написано? Чёрт, почему не сказал, что мне восемнадцать! Ну хоть извинились… Так, дальше. “Разнорабочий на складе”. О! Вот это точно про меня! А ну ка!
— Склад, слушаю, - раздаётся протяжный усталый мужской голос.
— Здравствуйте! Я по поводу вакансии, разнорабочий.
— Ну?
— Хочу работать у вас!
Голос смеётся:
— А что умеешь? Какой опыт?
— Я разнорабочим был на автосервисе. Ну и на складе грузчиком работал.
— Сильный, значит?
— Не - умный.
— Во как! - раздаётся снисходительный смех в трубке. - Ну приходи, умный. Посмотрим на тебя. В 17:00 сможешь?
— Смогу!
— Адрес знаешь?
— Знаю.
— Ну всё тогда, жду. Придёшь - попросишь, чтоб к Альберту проводили.
— Принято! А у вас официальное трудоустройство?
— Ты приезжий?
— Да, - отвечаю, поджав губы. Кажется, сейчас всё сорвётся.
— Да, у нас всё по-белому.
— Здорово! Тогда до встречи!
— Угу…
Альберт кладёт трубку. Фууух! Неплохо! Надо теперь обзвонить оставшиеся две вакансии.
Мне приносят яичницу с картошкой, а я набираю номера один за другим. Но по первому не могу дозвониться, а по второму мне отказывают. Ну что ж, Альберт, ты пока мой единственный вариант.
Доедаю свой обед и думаю: как произвести хорошее впечатление, чтобы меня не послали? Может, с причёской что-нибудь сделать? Хотя вроде с ней нечего делать. Волосы отросли после последней стрижки накоротко армейской машинкой, но ещё не настолько, чтобы висеть патлами - в самый раз. Побриться, может? Сбрить пушок с лица. Вообще, не мешало бы. Только я и бриться-то толком не умею. Ещё порежусь ненароком. Не, к чёрту! Не сейчас. Что было бы точно хорошо, так это помыться! Но где?
Выключаю телефон и спускаюсь на первый этаж, чтобы расплатиться. Заодно спрашиваю, как пройти до нужного мне адреса. Оказывается, склад находится в этом же районе, неподалёку от железнодорожного терминала.
Выхожу на улицу, по привычке оглядевшись по сторонам и взглянув в небо. У меня есть ещё несколько часов, чтобы шляться по городу. Надеюсь, за это время я не вляпаюсь ещё в какую-нибудь историю.
Конечно же, первым делом я нахожу нужное мне место, чтобы заранее знать, куда идти. Вижу большое здание с серой пластиковой облицовкой. Простое. Однообразное. Безо всякой архитектуры и украшательства. Но при этом чистое и опрятное. К воротам подъезжает грузовик. Створки ворот открываются, и машина неторопливо заползает внутрь. Конечно, это совсем не тот склад-сарай, где я работал. Тут размах совсем другой! Это даже снаружи видно.
Иду дальше. Решаю поискать железнодорожный терминал, чтобы хотя бы понять, как он выглядит. Всё, что касается движения грузов - это очень интересно! И, может быть, работа на складе - это как раз мой шанс понять, как устроены грузовые потоки в Подземелье! Ведь наверняка всё самое важное и ценное идёт через центр, и, может быть, именно через этот самый склад и через этот самый терминал!
Терминал я нахожу быстро, но посмотреть на него мне удаётся только издалека. Выглянув из-за угла ближайшего дома, я сразу вижу, что там строжайший пропускной режим, забор с колючей проволокой, железные ворота, и на улице стоят два вооружённых федеральных гвардейца в бронежилетах и касках. Меня всего передёргивает изнутри, и я решаю, что лучше мне там вообще не светиться.
Оставшееся до 17:00 время провожу, шатаясь по району и изучая окрестности. Обнаруживаю неподалёку китайский квартал! Прям как в комиксах: заходишь - одни китайцы вокруг. В-основном там торговля и всякие забегаловки. Но я решаю туда не лезть до поры до времени, чтобы не найти случайно приключений на свою задницу в самый неподходящий момент.
Время тянется долго. Я нервничаю и скуриваю почти всю пачку сигарет до конца. Наконец, на часах 16:45, а я как раз рядом. Лучше явиться заранее. Подхожу к воротам и нахожу рядом дверь на проходную.
— Здравствуйте! Я к Альберту, по поводу работы разнорабочим.
— Разнорабочим?… - бубнит сидящий за окошком охранник в ответ и звонит по телефону.
Ему что-то отвечают. Он кивает, и смотрит на меня:
— Паспорт твой нужен.
Я даю ему паспорт, он переписывает данные в журнал, и отдаёт мне его обратно вместе с белой пластиковой карточкой с надписью “Гость”.
— Приложи к турникету, проходи и стой у двери снаружи, тебя проводят.
Я прикладываю карточку. Красная лампочка на турникете становится зелёной, и я осторожно проворачиваю рогатину турникета, проходя на другую сторону. Выхожу из проходной и оказываюсь… на огромном складе. Прямо передо мной штабеля контейнеров, стоящих друг на друге. Не ящиков, а именно металлических контейнеров с каким-то хитрым запорным механизмом. Я таких никогда раньше не видал. И сами контейнеры аккуратные, гладкие, почти не царапанные. Наверное, такие возят в поездах.
Мимо проезжает погрузчик - желтый массивный электромобиль со специальными клешнями, которыми он, видимо, хватает эти контейнеры. Офигеть! Вот так склад! Просто космос!…
— Эй! Ты к Альберту на собеседование?
Оборачиваюсь. Передо мной небритый мужик в синей униформе.
— Да.
— Пошли, - кидает он и тут же направляется куда-то, а я чешу за ним следом.
Мы поднимаемся по металлической лестнице на второй этаж, точнее, на подвесную дорожку вдоль стены второго этажа. Там, походу, рабочие кабинеты. Это логично. Нижняя часть здания целиком отведена под хранение контейнеров и всего того, что трудно поднять наверх.
Мы проходим мимо нескольких окон и дверей и доходим до кабинета с надписью “Управляющий”. Мужик останавливается рядом. Стучит костяшкой пальца. “Войдите” - слышится тот самый голос из телефона. Мужик кивает мне. Я тяну дверь за ручку и захожу.
Передо мной, за солидным деревянным столом в кожаном кресле сидит Альберт - упитанный светловолосый мужчина в белой футболке с воротничком. В пепельнице на столе дымится сигарета. Рядом стоит на блюдце маленькая изящная чашечка с кофе.
— Здрасьте, - мямлю я.
— Здоро́во, - говорит Альберт своим протяжным голосом, глядя на меня внимательным взглядом из-под светлых бровей. - Эт ты звонил сегодня?
— Я.
— Работать хочешь?
— Да.
— Разнорабочим?
— Да, разнорабочим.
— Как зовут?
— Марк.
— С четвёртого круга?
— С пятого.
— Ого! Бери стул, садись, - кивает он на железный стул, стоящий рядом с гостевым диваном.
Я беру стул и сажусь напротив Альберта, а он в это время делает глоток из чашки и затягивается сигаретой.
— А лет тебе?
— Семнадцать.
Ну а смысл врать? В паспорте дата рождения стоит.
— Семнадцать… Молодой совсем. Ну рассказывай, Марк, что умеешь?
— Да всё, что по хозяйству нужно: полы мести, мыть, убирать, по местам всё раскладывать, приносить всё, что надо…
— Ну это кто угодно умеет. А починить ты сможешь что-нибудь, если сломается? Если, допустим, вон та лампа на потолке перегорит, ты починить сможешь?
Альберт показывает через окно на длинную подвесную лампу, висящую над залом на высоте нескольких этажей. Я понятия не имею, как такие лампы чинить, и как до туда добираться. Не говоря уж о том, что мне страшно даже представить себе, что я окажусь на такой высоте.
— Я с электрикой не особо в ладах. Но зато в компьютерах смекаю, - отвечаю, кивая на монитор, стоящий на столе у Альберта.
— Да ты что! Ну и как же работает компьютер?
— Ну, процессор у него есть. Память. Материнская плата. Твердотельный накопитель. Всё это вместе соединяется - и работает. Только программы нужны, чтобы что-то полезное сделать. А программы внутри операционной системы работают.
— Хм…, - мычит Альберт, взявшись за подбородок. - Не так плохо… А с какими программами ты знаком?
— Ну, в таблички могу смотреть, в бухгалтерии немного смекаю.
— В бухгалтерии смекаешь? - смотрит Альберт, ухмыляясь, с вызовом.
— Ну да. Не бухгалтер, конечно, но…
— Вот эти часы, - показывает Альберт себе на запястье, - я купил за 60 фишек. Они продавались со скидкой 20 процентов. Какая была первоначальная цена? 45 секунд, время пошло.
— Ну… 20 процентов - это одна пятая. Значит, осталось четыре пятых. То есть икс умножить на четыре пятых равно шестьдесят. То есть икс равен шестьдесят на пять и делить на четыре, то есть пятнадцать на пять, и это будет… 75.
Альберт хлопает глазами и, глянув на часы и помолчав немного, бормочет:
— Нифига себе… На пятом круге все такие умные?
— Не, в основном нет. Я потому и свалил.
— Когда круго́м сильные, умным быть как-то не очень, да? - смеётся Альберт, подмигивая. - Кофе будешь?
— Буду.
— Вон в термосе стоит, наливай. И сахар клади.
Это хороший знак!
Накачиваю себе из термоса в кружку кофе, наваливаю сахара и размешиваю железной ложкой.
— Дай свой паспорт посмотреть.
Протягиваю начальнику пластиковую карточку со своей физиономией.
— Марк Малой, - смотрит Альберт и поднимает на меня глаза. - Косяков за тобой никаких нет?
— Неа.
— А если проверю?
— Проверяйте, - развожу руками и делаю глоток из кружки.
— Ладно… Хрен с тобой. Сколько хочешь зарабатывать?
Чуть не подавившись кофе, отвечаю:
— Да… я… а трудоустройство точно официальное?
— Точно, точно.
— Ну… мне… мне надо, чтоб на жильё хватало, да на еду. В-общем, и всё.
— То есть, если я предложу тебе ночевать здесь, на складе, то я смогу платить тебе меньше? - с усмешкой смотрит на меня Альберт.
— …Ну да. А тут есть, где ночевать? - говорю, похлопав глазами.
— Да вон, в соседней комнате диван есть - ночуй себе на здоровье! - отвечает Альберт шутливым тоном.
Но я вполне серьёзен:
— А помыться тут есть где?
— Хм. Тут нет, но баня есть неподалёку. Стоит недорого.
— Ну так и нормально!
— …Ты чё, парень, серьёзно?? - теперь уже очередь Альберта хлопать глазами. От удивления.
— Ну да.
— Хм! - снова берётся за подбородок Альберт. - Знаешь, а это так-то неплохо… Дополнительный человек мне здесь ночью точно не повредит.
Моя готовность ночевать здесь и работать почти за еду для Альберта явная неожиданность. Приятная неожиданность. Мы быстро договариваемся о цене и оба остаёмся очень довольными.
— Когда приступить сможешь? - спрашивает мой новый шеф.
— Сейчас.
— Ты мой зайка! Ну что ж… по рукам тогда, Марк Малой!
Мы обмениваемся крепким рукопожатием.
— Паспорт свой оставь пока мне, я тебе оформлю занятость, - он поднимает трубку телефона и набирает кого-то. - Бека. Зайди ко мне. У нас новый разнорабочий, введи его в курс дела. Жду.
Альберт кладёт трубку и погружается в компьютер, а я допиваю кофе, сидя на гостевом диване.
— А питаться тут где, шеф?
— Обеды нам привозят, а остальное - найдёшь в окрестностях, тут много мест, - быстро отвечает он, не отрываясь от экрана.
В комнату влетает парень в синей униформе.
— Бека, это Марк, - говорит Альберт, продолжая сосредоточенно смотреть в компьютер. - Покажи ему всё. Пусть приступает к работе прямо сейчас.
— Да, шеф, - отвечает Бека и кивает мне головой на дверь.
Я отправляюсь вслед за ним.
— Разнорабочий, значит? - кидает он мне через спину, пока мы идём по подвесной дорожке.
— Ну да.
Бека останавливается и поворачивается ко мне боком, держась за перила и глядя вниз на ряды контейнеров под нами.
— Это склад временного хранения. Перевалочный пункт и одновременно - диспетчерская. Здесь распределяются грузы. Их привозят из разных мест и отправляют… в другие места. Понял?
Под ногами проезжает жёлтый погрузчик с контейнером в своих клешнях. Он останавливается у одного из рядов, поднимает контейнер и ставит его сверху.
— Мы обычно не знаем, что в этих контейнерах, - говорит Бека. - И не должны знать. Особенно ты. Наша работа - передавать грузы, чтоб ничего не потерялось и не пропало. А твоя работа - нам помогать. И чтоб шеф был всем доволен. Пошли.
Мы спускаемся вниз, и Бека показывает мне всё, что мне нужно: где хозяйственное помещение, где бухгалтерия, где хранилище документов, раздевалка, туалеты, где кухня, где сервера для системы видеонаблюдения и электрощиты, где стоянка для погрузчиков и медицинский уголок, где огнетушители и пожарные гидранты. Всё это должно быть в полном порядке. Если у уборщицы тёти Жени закончилась хлорка - это моя вина, и я должен следить, чтобы такого не случилось. Если в кофемолке у шефа закончилось кофе - “ну ты понял”.
На вопрос, а на какие деньги мне всё это покупать, Бека отвечает: “Узнай в бухгалтерии”. В бухгалтерии говорят, что выдают деньги под конкретные нужды, и пока я не скажу, на что именно - ничего не дадут.
Остаток дня я провожу, бегая по складу с блокнотом и ручкой и отмечая, где что есть, а где чего не хватает.
Рабочий день на складе заканчивается в 19:00. Начинается в 8:00. С часу до двух перерыв на обед. Я к этому уже приучен, в метро было почти так же. Шеф уходит с работы последним, закрыв свой кабинет и раздав охране последние указания.
— Твою мать, кто окурок бросил! - слышу я возглас Альберта снизу, когда захожу в свою комнату с диваном, где я буду ночевать.
Диван хороший, мягкий! Плюхаюсь на него и лежу, глядя в квадратный подвесной потолок. Поужинать бы надо. Вспоминаю вдруг, что рюкзак свой оставил в кабинете у шефа, и теперь он там заперт и до утра мне к нему не добраться. Но деньги распиханы по карманам, так что купить еды я смогу.
Выходя наружу, спрашиваю у охранника про постоянный пропуск.
— Да, шеф велел тебе отдать, - говорит тот, и протягивает мне пустую белую карточку, взяв взамен мою гостевую.
Выхожу на улицу. Вдыхаю пыльный городской воздух. Достаю сигарету. Настроение отличное! У меня было три недели, а я нашёл работу за два дня! Просто чума! Даже не верится! Разве могут дела идти так хорошо? Только не расслабляйся, Марк! Ты должен работать, как следует! Ты должен здесь зацепиться. Чего бы это не стоило.